Хранители Айн Рэнд

Eliezer Yudkowsky, “Guardians of Ayn Rand”, public translation into Russian from English More about this translation.

Translate into another language.

"Для скептиков, идея, что мышление может вести к культу, абсурдна. Характеристики культа прямо противоположны разумному мышлению. Но, как я продемонстрирую, это не только возможно, это и произошло в реальности, в группе, которая должно быть можно рассматривать как самый невероятный культ в истории. Это урок, в котором можно увидеть, что происходит, когда истина становится важнее, чем ее поиск..."

- Майкл Шермер, "Самый невероятный культ в истории"

Думаю, Майкл Шермер слишком переусложнил понимание того, что произошло с объективизмом. Я попробую расширить его объяснение.

Романы Айн Рэнд прославляют технологии, капитализм, индивидуальный вызов Системе, ограниченное правительство, частную собственность, эгоизм. Ее главный вымышленный герой, Джон Гальт, был <спойлер>ученым, который открыл новую разновидность дешевой возобновимой энергии; однако отказался дать ее миру, потому что прибыль была бы украдена коррумпированными правительствами.</спойлер>

А потом, каким-то образом, это все превратилось в моральную и философскую "закрытую систему" с Айн Рэнд в центре. Термином "закрытая система" я не обвиняю ее; этот термин, который Институт Айн Рэнд использовал, чтобы описывать объективизм. Объективизм определялся работами Айн Рэнд. Теперь, когда она умерла, объективизм закрыт. Если вы не согласны с работами Рэнд по какому-то аспекту, вы не можете быть объективистом.

Макс Глукман однажды сказал: "Наука - это любая дисциплина, в которой дурак нынешнего поколения далеко впереди гения предыдущего." Наука двигается вперед, сражая своих героев, так, как Ньютон пал перед Эйнштейном. Каждый молодой физик мечтает стать новым чемпионом, которого будут мечтать свергнуть будущие поколения физиков.

Философским идолом Айн Рэнд был Аристотель. Ну, возможно Аристотель и был выдающимся математическим талантом 2350 лет назад, но с тех пор математика шагнула далеко вперед. Байесовская теория вероятности это квантитативная логика, в которой квантитативная логика Аристотеля является частным случаем; нет никаких признаков, что Айн Рэнд знала о байесовской теории вероятности, когда писала свой основной труд, "Атлант расправил плечи". Рэнд писала о "рациональности", при том, что забыла ознакомиться с современными представлениями о эвристиках и искажениях. Как может кто-либо претендовать на звание мастера-рационалиста, ничего не зная о таких элементарных вещах?

"Погодите-ка", возразит читатель, "Это не совсем честно! "Атлант расправил плечи" был опубликован в 1957 году! Почти никто тогда не знал о значимости Байеса." Ха. А потом вы скажете мне, что Айн Рэнд умерла в 1982 и не могла прочитать "Суждение в условиях неопределенности: эвристики и искажения", которые вышли в том же году.

Наука несправедлива. Это факт. Целеустремленный рационалист в 2007 имеет большее преимущество, чем такой же рационалист в 1957. Это то, как мы знаем, в чем состоит прогресс.

Для меня мысль о том, что можно добровольно принять систему, которая однозначно связана только с убеждениями уже умершего человека, является чем-то средним между глупой и самоубийственной. Любой компьютер устаревает максимум за пять лет.

Все то, чем Рэнд восхищалась в науке, коммерции, в каждой железной дороге, заменившей лошадей с телегами, в каждом небоскребе, построенном по новой архитектуре - происходит от принципа превосходства над старыми мастерами. Как возможна наука, если наиболее продвинутые ученые уже отжили свое? Кто построит небоскребы, которыми восхищалась Рэнд, если самое высокое здание в мире уже построено?

И при этом Айн Рэнд претендовала, что ее никто не превосходит, ни в прошлом ни в будущем. Рэнд, которая начала с восхищения мышлением и индивидуальностью, закончила остракизмом всех тех, кто осмеливался возражать ей. Шермер: "[Барбара] Бранден вспоминала вечер, когда друг Рэнд заметил, что ему нравится музыка Ричарда Баха. 'Когда в конце вечера он ушел, Айн высказалась, в манере, которая становилась все более типичной для нее, 'Теперь я понимаю, почему мы с ним не можем быть настоящими единомышленниками. Расстояние между нами слишком велико.' Часто она даже не ждала с таким заявлениями пока ее друг уйдет."

Айн Рэнд изменилась со временем, подозревает он.

Рэнд выросла в России, и знала о большевистской революции не понаслышке. Она получила визу для посещения американских родственников в возрасте 21 года и никогда не вернулась в Россию. Легко ненавидеть авторитаризм, если ты его жертва. Легко превозносить свободу личности, когда тебя угнетают.

Куда сложнее опасаться власти, когда сила у тебя. Когда люди ищут у тебя ответы, становится труднее сказать "С чего мне разбираться в музыке? Я писатель, а не композитор" или "Трудно понять, какая музыка кому нравится."

Когда ты тот, кто подавляет людей, раздражающих тебя, применение силы кажется оправданней, нежели в том случае, когда подавляют тебя. На ум сразу приходит множество отличных оправданий.

Майкл Шермер детально разбирает то, почему, по его мнению, философия Рэнд скатилась в культ. В частности, он говорит (вроде бы), что объективизм был ошибочен потому, что Рэнд считала определенность возможной, в то время как в науке нет ничего определенного. Не могу с ним в этом согласиться. Атомная теория химии достаточно определенная, однако химики не создают культ.

На самом деле, я считаю, что Шермер поддался склонности к соответствию (correspondence bias), предполагая, что есть определенная корреляция между философией Рэнд и тем, как ее последователи сформировали культ. Но любая деятельность стремиться стать культом.

Айн Рэнд убежала из Советского Союза, написала книгу об индивидуализме, которая понравилась многим людям, получила множество комплиментов и сформировала кружок из своих почитателей. Они находили все лучшие вещи, которые можно было о ней сказать (смертельная спираль счастья), а ей нравилось это слишком сильно, чтобы она могла сказать им прекратить. Она получила власть подавлять тех, с кем была несогласна, и не смогла сопротивляться искушению этой властью.

Айн Рэнд и Натаниэль Бранден имели тайную интимную связь. (С разрешения их официальных супругов, что на мой взгляд значит достаточно много. Если вы хотите выставить это "проблемой", вы должны указать, что супругам это не нравилось - и даже в таком виде это не дело посторонних людей.) Когда Бранден "изменил" Рэнд еще с одной женщиной, она пришла в ярость и прервала все контакты с ним. Множество объективистов ушли, когда новость об этом стала публичной.

Кто остался с Рэнд, а не ушел с Бранденом или вообще оставил объективизм? Ее преданнейшие сторонники. Кто ушел? Те, кто раньше сдерживал остальных. (Охлаждение групповых убеждений при помощи испарения.) После этого, сцепленность Рэнд с остальной группой стала абсолютной, любые вопросы теперь полностью подавлялись.

Только одно было необычно в этом процессе - то, насколько все было обычно.

Вы можете подумать - система убеждений, которая восхваляет "мышление", "рациональность" и "индивидуальность", должна бы обладать хоть какой-то защитой или типа того?

Ну, это не так.

Эффект получается примерно такой же, как помещение таблички "Холод" на холодильник, который не включен.

Активные усилия, чтобы противостоять сползанию в энтропию, не прилагались, и потому с неизбежностью наступил распад.

И если вы зовете это "самым невероятным культом в истории", вы просто даете реальности отвратительные имена.

Пусть это будет уроком всем нам: восхваление "рациональности" ничего не значит. Даже слова "Вы должны формировать свои убеждения при помощи Мышления, а не соглашаясь с Великим Лидером" просто запускают небольшую автоматическую программу, которая берет все, что говорит Великий Лидер и генерирует оправдание, которое для последователей будет выглядеть разумным.

Так как же найти в чем состоит истинное искусство рациональности? Путем изучения математики теории вероятности и теории принятия решений. Впитывая когнитивные науки, наподобие эволюционной психологии, или эвристик и искажений. Читая книги по истории...

"Изучайте науку, а не меня!" - пожалуй, наиболее важная часть совета, который Айн Рэнд должна была дать своим последователям, но она не сделала этого. Никогда не было человека, который на своих плечах мог бы нести вес всей науки, которую создали множество людей.

Примечательно, на мой взгляд, что герои произведений Айн Рэнд были архитекторами и инженерами; главный герой, Джон Гальт, был физиком; однако сама Айн Рэнд не была великим ученым. Насколько я знаю, она не особенно была хороша в математике. Она не могла конкурировать с собственными героями. Возможно поэтому она начала терять дух Тсуёку Наритаи.

Сейчас я, знаете ли, восхищаюсь смелостью Френсиса Бэкона, однако я могу со смущением признать, что "если бы я вернулся назад во времени и сумел заставить Бэкона понять проблему, над которой я сейчас работаю, его глаза вылетели бы из орбит как пробки от шампанского и взорвались бы."

Я восхищаюсь достижениями Ньютона. Но мое отношение к праву женщины голосовать ограждает меня от признания Ньютона в качестве образца морали. Мое знание байесовской вероятности ограждает меня от рассмотрения его как непогрешимого источника математических знаний. И мое знание специальной теории относительности, пусть даже частичное и редко используемое, ограждает меня от того, чтобы видеть его как непогрешимого авторитета в физике.

На деле Ньютон не мог открыть те идеи, по которым я превосхожу его - но прогресс несправедлив! В том и смысл!

Наука имеет героев, но не богов. Великие Имена не превосходят нас и даже не конкуренты нам - они лишь ориентиры на нашей дороге; и наиболее важный ориентир - герой, которому только предстоит придти.

Быть таким ориентиром на дороге человечества это лучшее, что можно сказать о ком-либо; но этого оказалось слишком мало, чтобы угодить Айн Рэнд. И поэтому она стала еще одним обычным Великим Пророком.

Original (English): Guardians of Ayn Rand

Translation: © Remlin .

translatedby.com crowd

Like this translation? Share it or bookmark!